Новости СМИ

« Назад

На схемы наложили взыскание 06.02.2017 03:49

источник: Газета Коммерсантъ

 

К выводу средств подключили судебных приставов.

 Как стало известно «Ъ», в России появилась схема отмывания денежных средств, которая со всех сторон защищена законом. В рамках нее в 2016 году было выведено более 16 млрд руб.

 По сути, речь идет о модификации уже известной «молдавской» схемы отмывания с помощью судебных решений: в ней появилось новое звено — судебные приставы.

В ЦБ знают о проблеме, но пока не в силах решить ее, так как все участники процесса — суды, ФССП, банки — не имеют достаточных полномочий, чтобы остановить мошенников на своем уровне.

 О появлении новой схемы отмывания денежных средств «Ъ» рассказали участники банковского рынка. Теперь ключевым звеном в мошеннической цепочке стала Федеральная служба судебных приставов (ФССП).

Суть схемы состоит в том, что два юридических лица — резидент и нерезидент — договариваются о взыскании долга через третейские суды или путем заключения мировых соглашений.

 Истцом выступает нерезидент, который требует погасить задолженность, а ответчик-резидент соглашается с его требованием. Суды, как правило, в таком случае безоговорочно принимают решение о взыскании со счета должника и выдают исполнительный лист. С ним нерезидент на совершенно законных основаниях обращается в ФССП, которая начинает исполнительное производство. Средства с банковского счета должника списываются на счет службы и перечисляются в пользу взыскателя на его счет в иностранном банке.

 Таким образом, легализация средств проходит через госструктуру — ФССП.

  В ЦБ сообщили, что знают о существовании схемы.

По оценке Банка России, в 2016 году с помощью нее на зарубежные счета было переведено около 16 млрд руб., или более 10% от всего объема выявленных сомнительных операций за год. Всего же суды приняли решения по искам (имеющим признаки такой схемы.— “Ъ”) на сумму более 37 млрд руб. Суммы исков варьируются от 0,4 млрд до 6 млрд руб.

Пресс-служба

 Сама по себе схема с использованием судебных решений не нова. Именно суды были ключевым элементом так называемой молдавской схемы хищения и вывода из России средств, широко использовавшейся в 2010—2013 годах.

 В Молдавии оформлялась фиктивная задолженность российской коммерческой структуры перед местной компанией, которая подавала в молдавский суд заявление о вынесении судебного приказа по взысканию долга с фирмы и с подставного лица — гражданина Молдавии, который выступал как солидарный ответчик.

 В рамках «молдавской» схемы из России было выведено более $20 млрд.

Новая схема уникальна тем, что включение судебных приставов делает ее практически неуязвимой. Схема со всех сторон защищена законодательно и до сих пор применяется.

 «Технически эта схема не нарушает закон, суды и ФССП действуют строго в рамках своей компетенции, а банки формально не имеют оснований для того, чтобы расценивать операцию как подозрительную и противодействовать ее проведению, так как речь идет о судебном решении, — указывают в Банке России.— Первопричина — отсутствие у судов полномочий проверять суть сделок между кредитором и должником, а также реальность деятельности этих компаний».

 

 При этом в ЦБ отмечают, что, как показывают проверки, по факту по указанным адресам должников не существует, реальную деятельность они не ведут, а обороты по их счетам ничтожны по сравнению с суммами долга. То есть выявить их в принципе вполне реально.

 Однако суды не имеют ни желания, ни возможности проверять законность взыскания долга и сопоставлять объемы взыскания с масштабом деятельности должника.

В Верховном суде отказались от комментариев относительно участия судов в схеме.

 «Если в запросе ставится вопрос о толковании нормы права, разъяснении ее применения или правовой оценке судебных актов, выработке правовой позиции по запросу, в 2016 году с помощью нее на зарубежные счета было переведено около 16 млрд руб., это является основанием, исключающим возможность предоставления информации о деятельности судов», — сообщили в пресс-службе суда.

  Судебные приставы на своем этапе также не могут остановить мошенников. ФССП не имеет полномочий по оценке судебных решений, а только исполняет их.

В пресс-службе ФССП на запрос «Ъ» сообщили, что «вопросы, поставленные в запросе (о существовании, взаимодействии с ЦБ и другими ведомствами по данному вопросу и попытках пресечения схем со стороны службы.— “Ъ”), не находятся в компетенции Федеральной службы судебных приставов».

 Следующим звеном являются банки, но и они поделать ничего не могут. Поручение о переводе средств поступает фактически не от участника схемы, а от государственного ведомства — ФССП, и банки отказать в его исполнении не имеют права.

Банки оказались заложниками ситуации, даже если признаки операции указывают на то, что она может относиться к числу операций по выводу активов за рубеж, отказать в исполнении судебного решения у нас нет оснований. В таких случаях мы в рамках 115-ФЗ можем лишь уведомить о таких операциях уполномоченные органы

Топ-менеджер банка из топ-10

 Чтобы обеспечить противодействие схеме в рамках действующего законодательства, Банк России планирует опубликовать рекомендации для кредитных организаций, сообщили в ЦБ.

 Согласно им, в рамках реализации собственных правил внутреннего контроля банкам следует принимать решение о квалификации операций, проводимых в рамках использования данной схемы взыскания, в качестве подозрительных. При этом банку следует проявить повышенное внимание ко всем операциям такого клиента, использовать право на отказ в проведении иных его операций и в случае неоднократного отказа в течение года использовать право на расторжение договоров счета.

  Другим вариантом решения проблемы может быть реформа третейских судов, реализуемая сейчас. По словам партнера юридической компании «Ионцев, Ляховский и партнеры» Игоря Дубова, в ее рамках ужесточены требования к созданию третейских судов.

 «Теоретически такая схема может перекочевать в обычные суды, — продолжает юрист.— Однако арбитражные суды все-таки должны более содержательно подходить к решению таких вопросов и изучать, например, вопрос о том, насколько решение о взыскании может нарушить права других кредиторов, то есть не просто формально удовлетворять требования истца лишь на том основании, что должник готов погасить свой долг».

 Юлия Локшина